#бизнес#блокчейн#прогресс#личность

Мишель Моне: из баронесс бюстгальтеров в баронессы блокчейна

Все больше и больше влиятельных бизнесменов видят перспективу в криптовалютах

Леди Моне заработала состояние на производстве белья. Но после начала новых отношений с миллионером-магнатом женщина, которую иногда называют баронессой бюстгальтеров, переходит в криптовалютную сферу. Поэтому возможно, в будущем она станет баронессой блокчейна.

«Я верю», — говорит она, пристально глядя на своего бойфренда, уроженца Глазго Дуга Бэрроумана, «что биткоин взлетит вот так», — и издает звук, похожий на запуск ракеты, рисуя пальцем крутую восходящую линию на воображаемом графике.

Мы втроем сидим в уютном баре лондонского отеля  Dorchester и обсуждаем Brexit, бизнес и финансовые возможности, которые предлагают так называемые криптовалюты, вроде биткоина.

— «Что ты там говорил, 100 000$ за биткоин?», — спрашивает она Бэрроумана. Криптовалюта почти прорвала отметку в 20 000$ в конце прошлого года, но с тех пор упала до 8 600$.

— «Да, конечно, это был серьезный откат. Но он вызван просто волатильностью из-за спекулянтов. Основные принципы все еще выглядят более чем хорошо», — настаивает бизнесмен.

Криптовалюта — это тема, которая расколола финансовый мир на две части: фанаты верят в революцию платежей и делают на этом целые состояния, пока критики рассматривают такие валюты только как возможность сделать грязные деньги и высокую вероятность потерять все до последней рубашки.

Моне и Бэрроуман поддерживают первый лагерь. Настолько, что запустили новую криптовалютную компанию под названием Equi. И это всего лишь еще один источник пополнения ее благосостояния: леди Моне больше не занимается Ultimo, брендом женского белья, с которым она заработала капитал, но владеет фирмой по производству автозагаров Utan и компанией по изготовлению роскошных предметов интерьера. Также она работает над новым бельевым проектом, который «изменит сам способ создания бюстгальтеров». Помимо всего прочего, она является членом Палаты лордов и получила звание пэра в 2015, как раз во время дискуссий о Brexit'е.

Она считает, что выход из ЕС разрушит экономику. 

«Будет очень неспокойно в течение, как минимум, пяти — семи лет. Я голосовала за то, чтобы мы остались в ЕС. Но мы имеем то, что имеем» — заявляет Моне.

Моне рассказала про свое бедное детство в восточном районе  Глазго и о том, что это придало ей желания преуспеть в бизнесе и закалило ее. И ее характер проявляется, когда она рассказывает о благотворительном ужине в Presidents Club только для мужчин — когда официанткам диктовали что надевать, вплоть до цвета белья.

Это событие произошло пару недель назад, неподалеку от того места, где мы сейчас сидим, и стало нарицательным названием аморальности Сити, которое еще больше подкрепилось после сообщений о домогательствах.

«Если бы на меня напали, если бы кто-то кто-то прикоснулся бы ко мне без моего разрешения, я точно знаю, что я сделала бы. И нахалу это наверняка не понравилось бы. Я борюсь с этим всю свою жизнь», — добавила она, слегка вздыхая. Однако она понимает, что не все женщины способны занять такую жесткую позицию. 

«Я всегда поддерживаю женщин. Точка», — заявляет Моне.

45-летняя Моне, безукоризненно одетая и с шикарной прической, стала известна широкой публике, будучи лицом своего бельевого бренда Ultimo, который она продала в 2014, спустя два десятилетия после создания. «Когда я была ребенком, я никогда не хотела стать знаменитой. Я никогда не хотела стать известной певицей, актрисой, моделью или еще какой-нибудь знаменитостью. Но это произошло само собой», — говорит она.

Разведясь со своим бывшим мужем Майклом Моне в 2011, она и Дуг обосновались в особняке стоимостью 120 £ млн. на острове Мэн — в шикарном поместье с вертолетной площадкой, бассейном и зеркальным домашним спортзалом.

Пара владеет неплохим автопарком, включающим Бентли и, как поговаривают, пять Феррари. Но она говорит: «Дуг знает меня. Я очень-очень закрытый человек. У меня нет Instagram, только Twitter. Но им не дает покоя стремление узнать о моей частной жизни. То тут, то там всплывают какие-то отрывки», — говорит она.

После расставания с Ultimo компания терпит убытки, и она говорит, что ее просили вернуться. «Я постоянно скучаю по тем временам, но я решила заняться новым делом», — говорит она о своем новом предприятии.»Если все получится, то оно будет потрясающим», — восклицает она с нервным смешком.

В отличие от своей возлюбленной, 52-летний Бэрроумен был неизвестен за пределами инвестиционных кругов, пока не отдал в аренду свою шикарную яхту Turquoise стоимостью 20 £ млн для съемок в фильме, в котором и сам ненадолго появился на экране. Пара, державшая втайне свои отношения много месяцев, чтобы «защитить Дуга от гласности», провела детство в Глазго, всего в трех милях друг от друга. 

«Он был из элиты», — говорит она. «Но в то же время вполне обычным», — возражает он.

Пара, встретившаяся в качестве инвесторов в фирму WeShop, вместе уже 18 месяцев. От предыдущих браков у них семеро детей. В свободное время они любят взахлеб смотреть сериал «Во все тяжкие». «Я не привыкла расслабляться, но с тех пор, как я повстречала Дуга, мне это легче дается», — говорит Мишель, игнорируя вопрос о возможном браке.

В прошлом году они начали проект по продаже недвижимости за 192£ млн в Дубай. Она говорит, что одну башню почти на 700 квартир уже продали. При этом 50 квартир были куплены за биткоины.

1 марта они запустят Equi — криптовалютное венчурное предприятие, которое она называет «детищем Дуга», хотя управлять им они будут вдвоем, вместе с другими инвесторами. Идея похожа на смесь криптовалюты и краудфандинга и состоит в том, что люди покупают валюту — токены Equi — которые они могут инвестировать в отобранные стартап-фирмы, представленные на платформе.

Затем они будут получать процент от прибыли, если новые фирмы будут проданы, или если валюта Equi поднимется в цене, и они решат ее продать. «Мне нравится то, что мы поможем завтрашним суперзвездам бизнеса», — говорит Моне, хотя инвестирование в стартапы по своей природе довольно рискованно. Она добавляет, что деловые люди, использующие платформу, смогут общаться с членами правления, включая ее и Бэрроумана.

«Предприниматели живут в довольно одиноком мире. Но если у вас в правлении настоящие профессионалы — то это очень интересно», — говорит она. Она говорит, что «блокчейн-технология», на которой основываются криптовалюты, весьма пугающая. Но она завоюет весь мир.